Теория большого Грефа: Что не так в интервью главы Сбербанка

Глава Сбербанка Герман Греф, которому сегодня исполнилось 55 лет, дал пространное интервью журналистам под потрясающим названием «Не лги, не воруй, не ленись». Царьград разбирает этот оригинальный коктейль из самолюбования, пессимизма и умолчаний

----------------------<cut>----------------------

Образец для подражания

Разговор, как и положено в финансовой отрасли, начался с денег. Суперзвезда российской журналистики Андрей Ванденко первым делом поинтересовалсяу лидера российского кредитования, даёт ли лично Греф денег взаймы.

Выяснилось, что нет. Потому что не отдают.

Впрочем, от возможных упрёков в жадности («ссылаться на отсутствие денег мне тяжело – все равно не поверят») Греф тут же защитился максимально эффектным образом. «В нашей семье давно так заведено: имеешь от Господа Бога – поделись, и мы постоянно жертвуем на благотворительность». У нас нет уверенности в том, что крупное состояние Германа Оскаровича именно от Бога – к ростовщичеству христианство относится, мягко говоря, негативно, – но, безусловно, благотворительные проекты делают честь Грефу: как личные, так и корпоративные.

Другой вопрос, что вкладывается Греф – как лично, так и через Сбербанк – в первую очередь в образовательные и воспитательные проекты. Сам он поддерживает престижную «Хорошколу», на попечении у Сбербанка находится более 160 детских домов, членам правления банка установлена сумма, которую они обязаны потратить на благотворительность из личных средств. «Больше можно, меньше – нельзя», – удачно перефразировал Греф госпожу Белладонну из детективной анимации про одного поросёнка, талантливо вымогавшего у детей деньги.

Теория большого Грефа: Что не так в интервью главы Сбербанка

Германа Грефа чрезвычайно сильно волнует качество русских людей. И он вкладывает существенные деньги в то, чтобы сделать их лучше. Лучше по своей мерке, конечно. Но чтобы читатель не волновался, эта мерка подробно описывается в виде биографии самого Грефа. Идеальная трудовая молодость: студент, отличник, сам заработал на машину, самокритичное описание строительных подвигов: «Лист шифера сверху мы-то положили, а укрепить забыли. Ветер подул, и крыша, что называется, поехала…», увлечение автогонками, потом охотой… Мужик! Хоть и с трезвым лицом, и в очках, а всё равно мужик. И уже хочется отдать детей в «Хорошколу» или, если не пройдут конкурс, в детские дома Сбербанка…

А вот ещё один пассаж из затянувшегося вступления про благотворительность действительно порадовал. При словах «Принципиально не помогаем профессиональному спорту» сердце любого настоящего болельщика начинает биться чаще. Государственные коммерческие структуры и тем более региональные власти не должны, не имеют морального права в трудное для страны время содержать дотационные высокобюджетные клубы. Одно дело помочь с базой лыжникам или легкоатлетам, другое – кормить Кокориных и вычитать эти расходы (спорт же!) из налогооблагаемой базы. Здесь действительно надо поставить большой плюс Сбербанку (и минус тем, кто всё-таки влез в футбольно-хоккейную войну кошельков и самолюбий).

Скромность украшает

В общем, начали интервью за такое здравие, что стало тревожно: русская поговорка внятно объясняет, как и во что может трансформироваться подобная молитва. Впрочем, Грефа это не заботит. Когда ему напомнили про критику физико-математических школ и другие странные его высказывания, он спокойно ответил: «Я мало расстраиваюсь из-за обратной реакции. Мне важно поделиться мыслями, сказать о том, что думаю». Прекрасный образец вежливого высокомерия, наглядно показывающий отношение Грефа к некачественному русскому «человеческому капиталу», на котором, кстати, держится отнюдь не человеческий и тем более не Божественный капитал самого Германа Оскаровича.

Впрочем, Греф – или подлинные авторы интервью – тонко почувствовал этот момент и перешёл к лёгкой самокритике. Он рассказал о своём «комплексе недообразованности». Но не подумайте, будущий финансист не из-за лени или глупости отказался в своё время от защиты кандидатской – просто Герман Оскарович уже работал тогда у Анатолия Собчака в ленинградской администрации и счёл некорректным в этом качестве выходить на защиту в университете, где тот же Собчак занимал высокую должность. Вроде бы и скромность, а вроде и прямой укор нынешним чиновникам, жертвам доступности учёных степеней, мишеням «Диссернета».

Чтобы догнать Запад, надо стать Западом

Следующая цитата:

Мы совершенно очевидно отстаём от Запада, и с этим надо что-то делать.
[

Царьград даже может подсказать, в чём именно Греф мечтает догнать Запад – в уровне закредитованности населения. Средний житель России должен сейчас банкам около трёхмесячного своего дохода, тогда как средний американец – годовой доход. Согласитесь, что есть куда расти. Уже в ноябре 2018-го, когда стало ясно, что год неудачный, что цены будут расти, очереди за кредитами были максимальными в истории Сбербанка, радуется Греф.

Теория большого Грефа: Что не так в интервью главы Сбербанка

«Основная проблема <России> заключена в действующей модели управления. Из очередной поездки в Америку я как-то вернулся с пониманием, что сегодня в мире нет конкуренции услуг, товаров или продуктов, зато есть конкуренция моделей управления. Вот ключ ко всему». Безусловно, хорошо, когда управленец возвращается из Соединённых Штатов с пониманием негодности действующей на родине системы управления. Взгляды могут и должны быть разными, а в США действительно накоплен весьма интересный опыт. Хуже, когда через благотворительность это «понимание» закладывается в детские души. Возможно, Герману Оскаровичу милее маленькие американцы, чем маленькие русские, – но зачем делать американцев здесь? Мы можем подсказать страну, где их уже достаточно много.

Я уже как-то говорил, что мы в России без конца пытаемся изобрести третий путь, поскольку не пробовали пойти по тем, которые проторены до нас. Если бы мы изучили как следует хотя бы один из них, никогда не стали бы изобретать колесо. Законы управления, как и законы физики, универсальны,

– да, мы в России вообще мало на что годимся. Кредитов берём недостаточно, потребляем непрактично, всё время что-то изобретаем, а изучить проторённые пути неспособны… Вроде и вежливо всё это сказано, но смысл однозначен: Герману Грефу досталась неправильная страна с неправильными людьми.

России мешает преподавание по-русски

А как их сделать правильными? «Человеческий капитал нельзя быстро перестроить, и именно здесь у нас начал образовываться большой гэп, разрыв. Между российской и западной системой высшего образования пролегает пропасть». Да, в высшем образовании Греф тоже хочет навести порядок. Он не без оснований издевается над нашими университетами, которые «за пятнадцать лет поднялись с 460-й позиции на 459-ю» в международных рейтингах, а теперь во исполнение указа президента собрались в топ-100. Это делается не так, показывает Греф. Вот Сбербанк учредил свой Корпоративный университет, и он «с 2014 года, момента основания, ни разу не выпадал из первой пятёрки среди аналогичных по всему миру». Сделать вывод несложно – надо позакрывать наши плохие вузы и открыть вместо них новые, хорошие. Где преподавание будет вестись отнюдь не по-русски, потому что «один из признаков вуза третьего поколения – преподавание на английском языке».

Герман Оскарович, неужели Вы думали, что мы этого не прочтём и не поймём? Ах да, Вы же «мало расстраиваетесь из-за обратной реакции».

Занятным получился фрагмент о людях, с которыми Греф предпочитает работать. На вопрос, взял бы он к себе Алексея Кудрина, председатель Сбербанка ответил:

Безусловно! Алексей примерно раза в два дольше меня "въезжает" в ситуацию, но если "въехал", то уже на всю оставшуюся жизнь.

Что ж, глава Счётной палаты действительно на всю жизнь «въехал» в кудриномику 2000-х и, кажется, не очень понимает, что времена уже изменились.

Они уже здесь

Система грефовского образования уже даёт плоды: глава «Сбера» не скрывает, что расставляет своих людей на руководящие позиции в российских регионах (скажем, Игорь Артамонов сейчас «временно» возглавляет Липецкую область). Радует его забота о посланцах во власть: «Мы выплатили всем хорошие премиальные, поскольку знаю, какие зарплаты на госслужбе. Там сильно не разгуляешься». Ах, идеалист Вы наш, Герман Оскарович! Возможностей «разгуляться» даже в зыбких рамках закона на подобных постах хоть отбавляй…

«Чего вы ждёте от начавшегося года? – Ничего оптимистичного. Мы движемся к ловушке Фукидида (тезис древнего философа о неизбежности войн, об их укоренённости в человеческой природе. – Ред.) – противоречие между доминирующей мировой силой США и быстро растущей – Китаем… Человечеству надо хлебнуть лиха, крепко пострадать, чтобы понять, как был ценен мир, который мы имели».

Тут же, кстати, прозвучало и основное доказательство ценности этого мира: «Международное агентство Brand Finance признало Сбербанк самым сильным брендом в мире среди банков и вторым по силе среди абсолютно всех компаний — участников рейтинга. Мы уступили только Ferrari. Ну и по стоимости бренда вошли в топ-20 среди всех банков планеты».

Греф против монополистов

Легко войти в топ-20, если твоя материнская организация зачищает рынок в твоих интересах, делая тебя практически полным монополистом

Теория большого Грефа: Что не так в интервью главы Сбербанка

Но Герман Греф, в последнее время не ладящий с Эльвирой Набиуллиной, и здесь проявил «сыновнюю непочтительность»: про Центробанк, владеющий контрольным пакетом акций Сбербанка, был ровно один вопрос с совершенно формальным ответом: «Руководство Центробанка исключительно профессионально. Центробанк внимательно следит за ситуацией, оперативно реагирует на изменения, степень устойчивости банковской системы за последние годы выросла в разы».

Устойчивость Сбербанка – действительно выросла в разы, вне всяких сомнений. А вот устойчивость рынка никого не интересует: недаром организация, разбирающаяся с проблемными банками, называется Фондом не «оздоровления» или «поддержки», а «консолидации» банковского сектора. Консолидация – это, Герман Оскарович, слово латинское, означающее не «устойчивость», а «объединение, интеграцию». Всех банковских активов примерно в одних заботливых руках.

На этом фоне смешнее всего прозвучал ответ Грефа на вопрос о дедолларизации, которую он неожиданно назвал стратегически правильной мерой (хотя сам держит свои деньги преимущественно в долларах):

Сегодня доллар – монополист в мире, а любая монополия – зло.

Сделайте последние три слова девизом Сбербанка, пожалуйста. Повесьте их над каждым офисом. Эффектно получится.